Добро пожаловать!

Дорогие гости нашего сайта, если вы хотите наслаждаться полным объёмом выложенной на сайте информации о Чан Гын Соке, то, пожалуйста, пройдите несложную регистрацию. Мы всегда рады новым Угрям!

Комментариев   2  | 
Просмотров   781  | 

Обычная история

29-07-2014, 23:11

Обсудить на форуме

Автор: Гефестион Друг Александра

Бета: сама себе Бета

Рейтинг: G

Жанр: мистификация

Пейринг: Чжан Гын Сок, Ко Ю Ми

Предупреждение:нет

От автора: я попыталась написать произведение, как мистификацию. От первого лица. Чтобы попытаться понять, какой же человек - Чжан ГынСок. Конечно, каждый видит его по-своему, и я не претендую на истину в последней инстанции. Спасибо за помощь и поддержку Tatiana Bereznitska.

Размещение: только с разрешения автора

Содержание: За один день невозможно изменить себя. Но за один день можно изменить отношение к миру, и тогда изменится всё вокруг. Возможно ли это, если ты - сам творец своей судьбы? Может ли неожиданная встреча привести к необратимым изменениям?

 

 

Обычная история

 

- Всем спасибо, на сегодня всё!

-Эй, хён, поехали в клуб вечером? Всё равно весь день свободен!

-Да-да, конечно, не вопрос. Созвонимся.

Никуда я сегодня не поеду. Сегодня особый день. Сегодня я сбегу. Да-да, сбегу.

-Подождите, не закрывайте, я футболку забыл!

Футболка дорога мне. Она ничем не примечательна на первый взгляд, и костюмерша косо смотрит, но молчит. Наверное, решила, что это коллекционная вещь…

 

А, впрочем, я дал себе слово, не обращать на это внимания. Когда с детства тебя мучают неустанным вниманием к каждому твоему вдоху и выдоху, нужно приучиться отгораживать себя ото всех. Не потому, что высокомерен, или звёздная болезнь, а потому, что можно сойти с ума… Я читал о некоторых актёрах старого Голливуда, которые часами могли просматривать записи своих выступлений и фильмов, выискивая свои недостатки, оценивая себя со стороны… Это страшно. Если ты не можешь уединиться даже в своей голове…
В моей руке задёргался электронный монстр, которого принято именовать телефоном. Ещё не привык к новой модели… вчера оставил его на столе рядом с кружкой… думал, кружка расколется от вибрации.

ХонгКи. Давно не звонил.

Мы слишком разные, чтобы действительно стать друзьями. Извини, сделаю вид, что страшно занят. Не люблю такие моменты… но, что поделать. Когда ты публичный человек, приходится идти на жертвы…

А вот и такси.

Да-да, я заказал такси. Осветители (единственные, кто видит меня сейчас) недоумённо переглядываются. Ещё бы. Я и такси?

Я называю адрес. Водитель едет.

На секунду нужно закрыть глаза. Чтобы снять с себя все маски. Даже те, что приходится носить даже в семье. Глубокий вдох. Теперь у меня есть около часа, чтобы насладиться поездкой по городу. Когда ты за рулём, особо не полюбуешься.

Вспомнилось, как я пару раз, чтобы развлечься, катал моделей. Не держался руками за руль на автостраде, или обгонял всё, что движется, ночью в городе. Как ни странно, под их противные писки город становился прекраснее… Мне всегда нравились девушки в мини-юбках. Которые стремятся быть похожими на европеек…

В тот год была такая же погода… тот день тоже никак не хотел заканчиваться.
Такси остановилось у небольшого неприметного старого домика на окраине Сеула.
Я расплатился ещё в начале пути. Поэтому просто вышел и всё. Даже не поблагодарил. Воздух… какой удивительный здесь воздух. Тот же. Всё тот же. Цветы те же. Запахи... Этот дом будто не подвластен времени. Идеален… мне нравится.

Я усмехнулся. Почему никто никогда не прислушивается к моим словам? Все слушают, но не слышат. Ни разу ни одному журналисту или фанату не пришло в голову спросить, почему мне нравятся девушки в мини-юбках, а идеальной я считаю девушку в длинном платье… Почему мне нравятся девушки-«авангард», а идеальной я считаю девушку-«ренессанс»…

Что-то, в этот раз я поддался ностальгии и светлой печали сильнее, чем обычно.

В дом я не пойду. Я не был там уже несколько лет. Да что там… вообще ни разу не был. Я сразу пойду в старенькую «Хёндай». Никто никогда не поверит, что я могу ездить добровольно в ЭТОМ. Именно поэтому я и купил её тогда. Чтобы не устраивать вечные гонки с фанатами. Я читал, что короли древности часто переодевались нищими, чтобы спокойно ходить по городу. Я – принц. Преемственность поколений в крови моего народа. Я делаю так же.
На подходе к авто я споткнулся. Точно так же, как и тогда…

 

 

 

«… На подходе к авто я споткнулся. С ума сойти, даже мой организм противится сидеть в этой колымаге! Но ничего. Если я хочу быть неузнанным, придётся терпеть. А что, это даже забавно. Когда-нибудь меня назовут «новый «Принц Азии»… а я еду в колымаге. Как Золушка, которая не успела выскочить из кареты до полуночи… и ночевала в тыкве. Ночевать я, похоже, тоже буду в тыкве. Даже хуже. Это не дом, а недоразумение. Даже в самые бедные времена моей семьи я не оказывался в подобном месте!

Со скрипом машина завелась. И я почувствовал её благодарность. На ней давно перестали ездить, а теперь я для неё – бог. Во мне проснулась моя любовь к автомобилям. Пожалуй, она не так уж плоха, эта старушка…

Мой 2006 год выдался напряжённым. Я работаю, как вол, но всё это во имя моей мечты. Я буду Принцем Азии. Я буду знаменитым. Намечается один проект, на который я возлагаю большие надежды. Правда, играть придётся то, что я никогда не чувствовал… но ничего. Настоящий профессионал должен уметь всё.
Мы вырулили из гаража на дорогу и… первым делом я решил съездить к своему дому. Ехал я почти столько же, сколько и на такси, а это значит, что моя развалюха всё такая же резвая.

Так и есть, на всех подходах к дому пасутся фанаты. Я уже перестал этому удивляться, а в первой волне моей начинающейся популярности это так шокировало… 
Так хотелось сейчас крикнуть «Эй, раскройте глаза! Я здесь, в дурацкой колымаге! Вы зря караулите!», но я, разумеется, не стал. Во-первых, это разрушило бы мою конспирацию. А во-вторых, я всё же люблю своих фанатов.

Что ж. Достаточно цирка. А то кто-нибудь из них решит, что я занимаюсь частным извозом, сядет ко мне… фанатского инфаркта мне не пережить.

Я вырулил в переулок, чтобы перебраться на параллельную улицу. Когда до автострады было всего ничего, мне под колёса кинулась какая-то тень. Я как следует приложился лбом о руль, пытаясь затормозить.

Ну вот. Фанатки решили перейти в наступление. Теперь они косяками станут «случайно» попадать мне под колёса. Я слышал о таком от айдолов и известных актёров. Рассказывали порой просто ужасно нелепые и смешные вещи.

И всё же, нужно выйти и посмотреть, что там такое. Даже не стану скрывать недовольство. Мне кажется, это уже перебор. Ещё дверь эта заклинила…

Под ноги мне бросилась… бросился… бросилось… нечто. Оно тонким голосом умоляло не сердиться, и спрашивало, как я.

Я разобрался, что это девушка. И что она в больничной одежде. Большего разглядеть в темноте не удалось, но и этого хватило. С ума сойти. Она же, наверное, сбежала из больницы! Хотя… да какая мне разница, из-за неё у меня могли быть серьёзные проблемы с законом!

- Почему ты так выглядишь? Да перестань причитать! Ты что, сбежала? Сбежала из больницы, чтоб кинуться мне под колёса?! Да вы, фанаты, совсем обезумели?

- Фанаты?..

Вдруг её взгляд стал осмысленным. Она меня узнала. Ну ещё бы. Какая кореянка не знает меня? Она пробормотала извинения и, пятясь, скрылась в подворотне. В руках у меня осталась какая-то бирка. Всё по законам лучших дорам.

Я глубоко вдохнул, выдохнул, и побежал за ней. Раз уж решил сегодня не быть собой, буду своей противоположностью. В жизни не бегал за чокнутыми фанатами. А теперь бегу.

 

Мы вбежали в её квартиру одновременно.

- Раз уж я за тобой бежал, я хочу чай.

Она исчезла. Может, я слишком груб? Всё же… я ворвался к ней без спроса. Я, конечно, звезда, но наглость и фамильярность не переношу… Ну и ладно. Попью чай и уйду.
Из её окна открывался отличный вид. Оказалось, что мы с ней живём прямо друг напротив друга. Только на расстоянии пары километров. Я задумчиво крутил в руках чашку с отколотой ручкой, вдыхая аромат любимого чая. Какое приятное совпадение.

Мебель не дорогая, но добротная. Посуда разнокалиберная, краска и обои, хоть и не потеряли пока своего первоначального вида, но уже порядком выцвели… всюду пыль, а в углу намёк на паутину. Меня это не приятно поразило, ведь я не забывал ни на секунду, что в гостях у какой-никакой, а всё же девушки. Как такое может быть, чтобы в доме, где есть женщина, был такой… ммм… не порядок? Вывод напрашивался один, даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что если здесь кто-то и живёт постоянно, появляется он тут крайне редко и не надолго.

Уже прошло более получаса, никто не появлялся и я начал опасаться, что попался в какую-то не то шутку, не то ловушку. Странное положение – я в чужой квартире, в которой явно никто давно не был, вошёл не сам, так что даже уйти не могу, ведь не оставлять же дверь открытой?..

Я начал закипать. Всё же, я звезда! Я – будущий Принц Азии! Возможно… И торчу тут, вместо того, чтобы использовать с толком свободные от самого себя часы! Сам виноват… не надо было отвлекаться от дороги. Тогда бы я сразу заметил, что затевается что-то не то. Всё. Хватит уже, чай допит, всё рассмотрено, что мне ещё тут делать? Ухожу.

В комнату вошла какая-то женщина. Приглядевшись, я понял, что ошибся, она скорее девушка. Наверное, моего возраста. Совсем не высокого роста… Она смотрела в пол, явно стесняясь, но почему? Мы ведь видимся впервые… неужели такая скромная? Я невольно фыркнул, потому что по-настоящему скромных девушек уже почти не бывает. Всё это притворство, чтобы набить себе цену.

 

Она молчала, и я мог спокойно её разглядеть. У неё была классическая красота, которая ценилась в старину и теперь почти не встречается: маленькая голова на длинной тонкой шее, лицо, круглое, как луна (луноликая, как назвали бы её поэты древности), очень узкие плечи, тоненькие руки с маленькими, почти детскими кистями. На ней было платье, которое напоминало тогу римских ораторов и наряды греческих богинь. Это платье хорошо тем, что подчёркивает фигуру, но при этом абсолютно ничего не показывает. Глядя на такие вещи, начинаешь поневоле понимать, что именно пытались возродить деятели эпохи Ренессанс… Я не мог видеть ноги, но ступни были открыты. Такие маленькие ножки… будь мы в древности, я бы решил, что в детстве она носила колодки, чтоб ноги не росли.

Удивительно. Никогда не видел, чтобы в одной девушке современности сочеталось всё то, что ценилось в древности. Даже маленькие, торчащие розовенькие уши, всё, как по древним канонам красоты и скрытой чувственности.

Самое поразительное было то, что эта кореянка была одета, как римлянка в стародавние времена, причёска – просто собранные сзади длинные идеально прямые волосы… но при этом, не смотрелась нелепо, как большинство современных девиц, одевающихся, как европейки, потому что стесняются своего происхождения.

У неё порозовели щёки, и я понял – она знает, что я пристально её разглядываю. Мне стало неловко. Всё было так похоже на какой-то глупый розыгрыш! Какая-то странная нелепая ситуация! То мне под колёса бросается полоумная страшная девица, то я оказываюсь в какой-то заброшенной квартире, теперь является красавица с древних гравюр… дальше что? Драконы, демоны и землетрясения?

- Извините. Извините, что заставила вас ждать и нервничать.

Я не понял, что она имеет ввиду.

Она подняла на меня глаза. Тигриные. Разрез, цвет… разве что таких пышных ресниц у тигров не бывает. Наверное.

- Что?

- Простите, я не хотела попадать вам под колёса. И не думала, что вы придёте за мной сюда… простите. Это не самое приятное место для такого важного человека.

Я сам ровно минуту назад думал так же, а теперь, когда она это сказала, мне стало противно от самого себя. Давно ли я стал таким важным, богатым и высокомерным? Как я мог забыть, что не всем людям на свете так повезло в жизни, как мне…

- Нет, что вы…

И тут я понял смысл сказанного. Она? Это она – то непонятное нечто в больничной одежде? Совершенно не похожи… хотя, я даже не разглядел её тогда… Ого…

- Вы… если бы вы не сказали, я бы не понял… больничная одежда не слишком вас красила.

Она улыбнулась.

- Больничная одежда никого не красит. А у меня такая внешность, что меня вообще почти ничего не красит…

Я не мог не согласиться. Действительно, сейчас совершенно другие каноны красоты. Сейчас в моде решительные, свободные женщины. Женщины – «авангард». Такие, как я люблю. Как я люблю… В этот момент я понял, что очарован ей. И понял поэтов древности. Она слабая, не самостоятельная, не решительная. Не такая, как я люблю. Но при этом… Она недоступная. Даже если я сейчас прикоснусь к ней, даже если я позволю себе самые разные низости, её душа останется чистой и нетронутой. Как это получается? Как она этого добилась? Ведь она не выглядит холодной. Мне пришлось заморозить сердце, чтобы стать недоступным, а она вся тёплая. Может… с такой неприкасаемой душой надо родиться?

- Вы не торопитесь?

- Что?

- Вы так одеты, я подумал, вы сбежали из больницы, чтобы пойти на свидание.

- Нет-нет. Просто… сегодня такой замечательный вечер. Грех провести его в больничной палате, укутанной в бесформенные тряпки. Я думала, отец дома, но вижу, что его уже нет… что ж…

 

- Тогда… не могли бы вы составить мне компанию? Я ехал в одно хорошее место, чтобы поесть в тишине, но приятная компания только улучшит вечер.

Она снова опустила глаза, а когда подняла, я увидел, что они блестят.

- Извините, но я не могу ужинать в компании незнакомых мужчин.

Это не то, что я ожидал услышать. А потом понял, что отвык иметь дело с воспитанными девушками. И она намекает, что пора бы, наконец, сделать то, с чего следовало начинать.

- Извините. Как я мог забыть…

- Ничего. У меня слишком строгий отец… был строгий… поэтому иногда я не могу позволить себе сделать первой некоторые вещи.

У меня было ощущение, что я попал в исторический роман. Я прокашлялся и…

- Позвольте представиться. Актёр, Чжан Гын Сок.

- Наслышана о вас. Позвольте и мне представиться. Начинающий художник, Ко Ю Ми.

- Юми… «лук» по-японски…

- Мой отец очень любил Японию.

 

Мы купили японской еды и поехали туда, где очень приятно есть в тишине.

- Это и есть ваш самый изысканный ресторан?

Мне стало смешно. И правда… мы странно смотрелись. Она, будто собиралась в театр, я, одетый по последней моде, старое раскидистое дерево в заброшенном парке, озеро, древняя скамейка и луна.

Я не помню, когда последний раз я проводил вечер так хорошо. Мы разговаривали об искусстве, о музыке и литературе, о живописи и кино. Это странно и удивительно – разговаривать с умной, начитанной, хорошо образованной девушкой, у которой ко всему ещё и тонкое чувство юмора. А когда я пролил на себя соевый соус, она заботливо вытерла его салфеткой, и даже посоветовала, как лучше удалить пятно с такой нежной ткани… 

- Расскажите, над чем вы сейчас работаете?

- Ну… у меня намечается большой проект. Это будет дорама о любви…

- Вы так говорите… там что-то не то в сценарии?

- Да… мне придётся играть то, чего я никогда не чувствовал… понимаете, мой герой очень любит девушку, но родители против. Из-за этого он серьёзно заболевает, а на пороге смерти любимая отказывается от него… Я даже не знаю, что играть сложнее – настоящую любовь, или горечь от обиды…

- Думаю, вы не правильно понимаете… судя по всему, ваш герой испытывает не горечь обиды, а осознание невозможности счастья, которое было так близко… у вас так бывало?
Она говорила так, будто сейчас в данную секунду чувствует это. Мне захотелось сказать, что я понимаю, о чём она, но… я был честен и отрицательно помотал головой.

Она засмеялась и сменила тему.

Пару раз я ловил на себе её взгляд. Никто никогда так на меня не смотрел. Наверное, так смотрит слепой, впервые увидевший мир своими глазами…

- Почему вы такой сдержанный?

Я не ожидал такого вопроса. Даже не знал, с чем он связан, мне казалось, мы так хорошо разговаривали…

- Вы всё время сдерживаете себя. Не позволяете себе радоваться простым вещам. У вас вот даже домашних животных нет…

- У вас тоже… кроме паука…

Она смутилась.

- Извините, наверное, это прозвучало слишком резко…

- Ничего… я понимаю, мой дом далёк от идеала… я ведь там давно не живу. Но вы меня не поняли. Мне интересно, почему вас не радует жизнь? Почему вы отгораживаетесь от людей? Не живёте так, будто этот день последний?

Мне стало смешно. Она так рассуждает, будто это вообще возможно, жить по её правилам. 

- Это заметно?

- Нет… по вам такого не скажешь. Вы производите впечатление открытого и жизнерадостного человека. Но… ваш взгляд… когда вы думаете, что на вас никто не смотрит… я часто видела этот взгляд. Его ни с чем не спутать… так что я сразу поняла, вы вовсе не так открыты и жизнерадостны…

- Юми, вам надо стать психологом. Вы так тонко разбираетесь во всём. Я не шучу. Пообещайте стать отличным специалистом!

- Обещаю… если утро будет солнечным…

Она вдруг как будто немного расстроилась.

- Смотрите, как удивительно! Вы, наверное, из-за этого сюда приезжаете?

Сначала я не понял, о чём она, потому что был занят придумыванием ответа. А потом увидел…

Было уже, должно быть, пять утра, или около того, потому что начался рассвет. И в розово-голубом небе встретились Луна и Солнце. Луна ещё не успела уйти, а солнце не могло вытащить своё пухлое тельце из-за горизонта, но они всё же приветливо друг другу сияли и… я понял, что встретил не один рассвет здесь, но ни разу в жизни не обращал внимание на это зрелище. До сегодняшнего дня я свято верил, что такое невозможно. Как это, Луна и Солнце на одном небе?! Удивительно… целую ночь я будто не я. Мне удалось сбежать даже от себя.

 

- Не могли бы вы отвезти меня в больницу? Если меня не будет на утреннем обходе, будут неприятности…

Я хотел оставить всё как есть, пообещать, что разберусь с врачами, ведь я же звезда… а потом подумал, пусть эта ночь кончается так скомкано… но ведь наступает новый день! Теперь начнётся новая жизнь! Я чувствовал переполняющую меня радость, открытость миру и бесконечную жизненную силу.

- Юми, пообещайте мне, что никуда не сбежите больше из больницы ночью! Да и днём… А если сильно захочется, позвоните мне. Сбежим вместе. Я хоть буду уверен, что никакая машина вас больше не собьёт.

Юми только улыбнулась. Ну, ничего. Она ещё не знает, какой сюрприз её ждёт.

Я высадил её у больницы, и, выжимая все силы из своей развалюхи, полетел домой.

Пока я был в душе, мои менеджеры узнали расписание посещений в больнице, в которой лежала Юми. Они выяснили, в каком она отделении, и как туда попасть.
Поправил волосы. Юми заправляет их за ухо… Никогда не замечал, что это так женственно… Я одевался так тщательно, будто на собственную свадьбу. Свадьба…

Я посмотрел на своё отражение. Нет, серьёзно? Я подумал о свадьбе? Ужас какой. В моём возрасте даже постоянная девушка – слишком серьёзное решение… Наверное, сказывается бессонная ночь.

Я оглядел себя. Прекрасно. Хоть сейчас на обложку журнала. Менеджер присвистнул, ухмыльнулся, но промолчал. И правильно. Нечего портить такой настрой.

Моя любимая машина, спортивная, белая... такая стильная и дорогая! Я должен быть неотразим. Цветы… какие цветы она любит? Хм… от неё пахло жасмином. Логика – великая вещь. Я хотел купить кулон в виде лука, но потом подумал, что такая девушка, как Юми, будет слишком смущена, получив такой подарок от едва знакомого мужчины.
Что ж. Готов. Пора ехать.

 

 

В 10 часов утра я был у главного корпуса больницы. Найти нужный этаж и отделение не составило труда. Мне навстречу выкатили каталку, накрытую простынёй, и чуть не порвали любимые джинсы крючочком. Но я решил не портить себе настроение разборками с глупыми работниками.

- Добрый день, чем я могу быть полезной?

- Мне нужно узнать, где лежит Ко Юми. Я пришёл, чтобы навестить её.

- Ко Юми?..

- Да.

- А вы кто ей?

Я усмехнулся.

- Жених.

Потом всё ей объясню. Наверняка, к ней не пустят постороннего. На брата я не похож, на отца тем более… жених. Уважительная причина.

- Извините, но… мы не знали, что у неё кто-то есть… она уже столько лет здесь…

Почему-то я подумал о каталке, которая чуть не разорвала мне джинсы…

- Что-то случилось? Я привёз её в больницу до обхода, у неё не должно быть проблем…

Медсестра странно посмотрела на меня.

- Это вы её нашли и привезли?.. так вот почему она сбежала… Нет, не думаю, что у неё теперь будут подобные проблемы…

- Теперь? Что…

- Вы, наверное, разминулись… хотя… думаю, вы должны были их встретить…

Я снова подумал о каталке. Она не шла из головы. Как в тумане прозвучали слова:

- Ко Ю Ми скончалась 20 минут назад.

Я стоял, не шелохнувшись. Даже не дыша. Молил, чтобы гадкая медсестра заткнулась. Провалилась в ад…

- Вы, наверное, не знали, поэтому не приходили? У Ко Юми было очень редкое заболевание. Оно развивается из-за сильных травм. В детстве, в возрасте 14 лет её сбил грузовик. С тех пор она была в коме. Бедный отец… мать не выдержала удара, умерла в тот же год, все эти годы он ухаживал за ней, а два месяца назад и сам умер... Два дня назад она пришла в себя. Бедная девочка… мы не стали ей ничего говорить, но она сбежала… мы даже не сказали ей, что она смертельно больна, и что любое потрясение её убьёт…

Я развернулся и молча пошёл. А эта злая женщина продолжала говорить мне в спину о том, как именно умерла моя Юми… МОЯ Юми… и что каталку с ней только что вывезли…

Не знаю, как я сдержался, чтоб не запустить в неё букетом.

 

Пришёл в себя я в каком-то незнакомом месте. Вот уж не подумал бы, что в Сеуле есть не знакомые мне места… тихая площадь, залитая солнцем, вокруг зелень, всё кричит о жизни, о радости и счастье. Что-то было не так. Что-то не соответствовало ситуации… А потом я понял. Площадь удивительно точно отражала то, что я чувствовал - непреодолимую волю к жизни. Не горе, не печаль, не какое-то другое чужое подобающее ситуации чувство. 
Торжество жизни – вот что я чувствовал.

Я не понимаю, почему мне так легко и хорошо? Я так давно не был в таком чудесном настроении… 

Если бы не эта случайная встреча…

Случайные вещи – самое не случайное на свете… Юми… она появилась как раз тогда, когда и нужно было. С этой своей любовью к жизни… Она показала мне, как я глуп, пропуская жизнь мимо себя, когда некоторым людям даже не суждено увидеть следующий рассвет… предаваясь грусти лишь из-за того, что не знаю, как сыграть роль, я чуть не пропустил самое важное – то, что мой герой не пропустил. Любовь. Пусть мне не суждено даже прикоснуться больше к моей любимой, но… целую ночь я был счастлив. Целую ночь я понимал, почему люди хотят жить. И я знаю, Юми очень огорчилась бы, если бы, поняв такую простую истину, я предался скорби из-за неё…

- Юми… я знаю, вы… я знаю, ты слышишь меня. Я… я обещаю… теперь я понимаю, почему ты сбежала из больницы, почему этот вечер был для тебя так важен… я понимаю, зачем ты говорила мне все эти мудрые слова… каким болваном я виделся тебе с порога смерти… я обещаю. Я буду жить. За двоих. Я буду держать тебя в голове, и ты увидишь то же, что и я. Почувствуешь то же, что и я. Каждый мой день я буду проживать, как последний. Каждое дело я буду делать так, будто в нём мой смысл. Прости, теперь я не смогу пустить в себя людей, во всяком случае, пока, но я больше не буду ледышкой. Ты – мой пример для подражания. Ты – мой идеал. Увидишь, я достойный ученик.

- Молодец, парень, только не пей больше, а то ещё и не такое привидится. Уж я-то знаю…

Какой-то бомж решил, что я пьян, поэтому говорю вслух. Я пьян. От жизни, которую чувствую так остро, будто с меня содрали кожу. От решимости. И от осознания невозможности самого большого счастья в моей жизни, которое прошло мимо, так и не случившись…»

 

 

… Утро. Жасмин. Сад.

Пора возвращаться, ведь у меня с утра интервью. Я проехал через маленькую, залитую утренним солнцем, зеленью и жизнью площадь. Бомж метнулся в переулок. Столько времени прошло, но в этот день всегда всё так же, как тогда.

Вечером я приеду домой, там меня ждёт Суни. Я не одинок. Одиночество – это не отсутствие людей вокруг. Одиночество – когда никто тебя не любит и не ждёт. А у меня есть Суни. Она смотрит на меня так, как смотрит слепой, впервые увидевший мир своими глазами…
Новый день – новая жизнь. Идеально. Так, как мне нравится.

 


… К. – Охарактеризуйте себя. Какой вы?
JKS. – Я целеустремлённый. Каждое дело я довожу до конца, работаю над ним так, будто в нём смысл моей жизни. Живу, как будто этот день последний.
К. – Что вы цените в жизни больше всего?
JKS. – Семью.
К. – Идеальная девушка для вас, какая она?
JKS. – Девушка эпохи Ренессанс. В длинном платье с таким поясом… знаете, есть такие цветные пояса?.. это идеально.
К. – Ренессанс? Вам нравятся старомодные девушки?
JKS. – Я считаю идеальной девушку эпохи Ренессанс… женственную девушку. Знаете… когда девушки заправляют волосы за ухо, это так женственно… Это идеально. Мне нравится.
К. – Какая работа самая любимая среди ваших работ?
JKS. – Драма «Хван Джин-и». 
K. – Сколько раз вы находились в любовных отношениях до сих пор?
JKS. – Дважды.
K. – Давайте изменим тему тогда. На телевизионные дорамы, начнем с «Хван Джин-И», 2006 год, которая заставила зрителей запомнить имя Чан Гын Сока?
JKS. – Это был период одиночества после моего неудачного романа, так что я был на 100% поглощен этим персонажем. Потому что я себя чувствовал так же, и если бы я играл сейчас, то вероятно, я показал бы совершенно другой уровень актерского мастерства. Я даже чувствовал тогда, что зрители могут почувствовать боль в моих глазах. С тех пор я узнал, как воплощать себя в актерской игре".

 

Обсудить на форуме

Комментарии

Информация


Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

ПРАВИЛА САЙТА

  • 1. НЕ ДОПУСКАЮТСЯ оскорбление, некорректные и нецензурные высказывания в адрес актёра, сайта, администрации и участников.
  • 2. Все виды подстрекательства, споров, злобного сарказма, неразумной язвительности и разжигание межнациональной розни ЗАПРЕЩЕНЫ.
  • 3. За спам и рекламу в комментариях на стене в любом виде — БАН без предупреждения.
  • 4. ПРИВЕТСТВУЮТСЯ активность и творческие порывы участников.
  • 5. Будьте взаимно вежливы и желательно грамотны. В случае возникновения вопросов и предложений пишите администраторам сайта.
  • Zikzin

Расписание

    Нет событий на ближайшее время

Опрос

Давно вы очарованы Принцем?
Я юный угорь (1 мес)
2-6 мес
1 год
2 года
3 года и более